Страх, тревога и печаль — это не сбои, а сигналы, которые мозг подаёт не просто так, но культ вечного оптимизма заставляет их глушить. Что происходит с психикой, когда мы запрещаем себе чувствовать всё, кроме радости?
© runews24.ru
Мы живём в период изобилия и доступности, казалось бы, можно позволить себе радоваться. Однако не стоит забывать и про другие эмоции, которые тоже полезны. Как отметила в комментарии RuNews24.ru клинический психолог, методист Лаборатории телепсихологии ИКПСР Пироговского университета Елизавета Куликова, соцсети богаты положительными аффирмациями относительно «вибраций», «позитивной энергии» и «притяжением удачи (или еще чего-то)». С одной стороны, это про хороший настрой, который стимулирует и мотивирует на развитие. С другой, мы незаметно загнали себя в угол, где даже естественная печаль стала поводом для стыда.
«Культ на позитивизм начался с теории «оптимизма» Мартина Селигмана, оптимизм можно тренировать, как мышцу. Со временем она значительно упростилась и стала восприниматься буквально. Теперь мы не просто хотим быть счастливыми — мы обязаны ими быть, надо сложить нужные компоненты».
Психолог поясняет, что, с точки зрения нейробиологии, наши эмоции — это не «хорошо» или «плохо», это сигнальные факторы. Страх сообщает о необходимости быть осторожным, грусть нужна на создание паузы для обработки информации, тревога является, и стимулятором, и сигналом о том, что «что-то не так».
«Когда мы запрещаем себе чувствовать все эмоции, это не значит, что их нет, это значит, что мы их не проживаем. Можно научиться проживать тревогу и давать себе право на неё».
В долгосрочной перспективе, по словам эксперта, это создаёт поколение людей, которые не умеют: признавать свою усталость; просить о помощи; говорить «мне плохо» без чувства стыда; выдерживать неопределённость и тревогу.
«Что делать? Не отказываться от позитива, а вернуть себе право на амбивалентность. Психическое здоровье — это не постоянная радость. Это гибкая и адаптивная психика, а настоящая жизнь она и в горе, и в радости».
